— Как думаете, он умрет? — он подсел ко мне за столик и глазами указал на заголовок в газете, что я читал. — Как пить дать! Тут даже к гадалке не ходи! — Вы уверены? Вот пишут же, что его состояние стабилизировалось. — Милый мой, если человеку девяносто восемь лет, у него диабет и его при этом его поражает обширный инсульт, то не надо даже быть врачём, чтобы понять, что он не жилец. А я — врач! Я чуть было не сказал "бывший врач", но вовремя поймал себя за язык. Нечего раскрывать душу первому встречному. — Если он умрет, вы получите тысячу евро. — Что? — Я сказал, что если Чарльз Честертон умрет в ближайшее время, — он снова кивнул не заголовок, — то вы получите от меня одну тысячу евро. — Вы что, предлагаете мне пари? — Нет, я предлагаю вам тысячу евро, если Честертон — умрет. Он встал и быстро вышел. Боже мой, каких только психов не увидишь в заведениях такого рода. Но что делать, в более приличные заведения дорога мне пока закрыта. Я — очень надеюсь — пока. Увидел я его снова через день. Он так же бесцеремонно, без спроса, сел за мой столик. — Честертон — умер! — сказал он. — Я знаю, — издевательски улыбнулся я, — и где же, осмелюсь спросить, моя тысяча евро? — Вот! — он достал из кармана конверт, положил его на стол, и вышел, прежде чем я успел что-то сказать. Я открыл конверт, там была одна тысяча евро. Две больших бумажки, по 500, которые в определенных кругах зовут "Бин Ладен". Потому что все про такие бумажки слышали, но их мало кто видел, как и самого Бин Ладена. Я знаю, вы бы, наверное, отнесли эти деньги в полицию, или отложили бы конверт до той поры, пока этот человек не одумается и не вернется за ним. Но в моем положении — такая щепетильность — излишняя роскошь. Когда вас лишили врачебной лицензии, старые знакомые шарахаются от вас, как от зачумленного, и вас завтра должны согнать с квартиры за неуплату — эта тысяча евро — дар Божий. А потому я спокойно положил конверт в нагрудный карман, и если бы он сейчас вернулся бы, я бы не моргнув глазом сказал бы ему, что никакого конверта тут не было, а самого я его вижу впервые. Передавал-то он мне конверт без свидетелей. Но он не вернулся. Вернее, вернулся, но неделю спустя. О конверте вообще не заикнулся. Подсел ко мне, как к старому знакомому и с ходу спросил: — Что думаете о Лазаросе? Он умрет? — Не знаю, — сказал я, — Честно — не знаю. Спортивные травмы — дело тонкое и непредсказуемое. А кома — тем более, чем она закончится — вам ни один врач не скажет. Лазарос — здоровый парень, всякое может быть... — И все-таки, к чему вы больше склоняетесь, умрет он или выживет. — Лучше бы умер, — сказал я. — Если выживет, то после такой травмы, это будет не жизнь, а мука. — Если он умрет в ближайшее время, вы получите две тысячи евро. — С чего бы это? За Честертона вы мне дали тысячу, а за этого обещаете две. — Там вы были уверены, а тут не уверены, потому ставка выше, — ответил он мне. Лазарос скончался на рассвете, через два дня. А уже в десять часов он появился за моим столиком в кафе и положил на стол конверт. Я открыл прямо при нем, в конверте было четыре "Бинладена". — Это — ваше, — сказал он мне. — Погодите, не уходите, — сказал я, — у меня — вопрос. Когда я был уверен в смерти человека вы мне дали тысячу евро, когда не был уверен, дали две. А если я буду уверен, что человек выживет, а он возьмет, да и умрет, что тогда? — Вы — умны, — бесстрастно сказал он. — И предприимчивы. Обратите внимание, мы с вами встречается только во второй раз, и вы уже пробуете навязать мне свои правила игры. — Извините, если обидел вас. — Нет-нет, — я как раз хотел предложить вам продолжить, но вы меня опередили. Как по-вашему, премьер-министр умрет в ближайшее время? — Исключено — она женщина молодая, крепкая и здоровая. И на автомобилях не гоняет, как Лазарос. Никаких предпосылок! Будь у нее какие-то скрытые проблемы со здоровьем, я бы как врач заметил. Даже если что-то есть, то точно, не в ближайшее время. — Если премьер-министр в ближайшее время умрет, — вы получите пять тысяч евро, — сказал он и вышел. Не знаю почему, но мне показалось, что премьер-министр — уже не жилец. Я понимал, что это бред, глупости, но засыпая уже распланировал, как я потрачу эти пять тысяч евро. С утра меня ждал газетный заголовок. Авиакатастрофа! У вертолета по неустановленной причине отломилась лопасть винта. Все, кто были на борту, включая премьер-министра, погибли. Когда я поднял глаза от газеты, он уже сидел передо мной. — Вот ваши пять тысяч, — на стол лег конверт. Я не раскрывая спрятал его в карман. — Даже не проверите? — спросил он — Что все это означает? — ответил я вопросом на вопрос. — В какие игры вы играете? — Но ведь вам нравится! — заметил он, — Вам ведь нравятся эти игры, скажите честно, нравятся! — Не знаю, — вздохнул я. — С одной стороны это людские смерти, — с другой — реальные деньги. Я не могу сказать, нравится или нет. — Нравится! Вам — нравится! При чем тут людские смерти! Ведь вы же в этих смертях никак не повинны, почему они должны вас тяготить? — Не должны, — согласился я. — Желаете продолжить? Я как будто со стороны услышал собственный голос: "Да желаю!" — Если вот тот старик у стойки, в рыжей куртке, в ближайшее время умрет, вы получите пятьдесят тысяч евро. — Пятьдесят тысяч? И кто же он, этот старик? — А какая вам разница? Разве от этого, что-то зависит? Просто если он умрет в ближайшее время, я вам выплачу пятьдесят тысяч, — сказал он и быстро вышел вон. Я внимательно посмотрел на старика. Нельзя сказать, что я его уж совсем не знал. Старик был завсегдатаем заведения. Я его видывал здесь и раньше, но никогда не общался с ним и имени его не знал. Он был явно нездоров. Очевидно, почки и легкие. Но в таком возрасте процессы замедлены, и длиться хроническая болезнь может годами. Я осторожно навел справки. Шансов, похоже, было мало. Будь я поближе к финансовому миру, я бы этого старика сразу узнал. Он был в центре скандала, который длился уже полгода. Крупная банковская группа никак не могла сменить владельца. У этого старика была блокирующая акция. Она досталась ему по наследству, какими-то окольными путями, и он, будучи всю жизнь мелким клерком, переполнился величием и пользовался каждым моментом, чтобы показать свою власть. Он уперся, и в результате целая отрасль уже полгода балансировала на грани кризиса. Газеты подробно писали о состоянии его здоровья, шансов дождаться его смерти в ближайшее время, похоже не было. Несмотря на свалившееся на него на старости лет богатство, старик вел подчеркнуто скромный образ жизни, совершал утренние пробежки, если это можно было назвать пробежками и во всех интервью рассказывал, что собирается прожить сто лет на зло этим империалистическим акулам. Сто не сто, но лет пять-десять он еще мог бы протянуть запросто. Оставалось только уповать, что старик врежется в дерево, как Лазарос, или попадет в авиакатастрофу, как премьер-министр. Через неделю я проснулся ночью от ужасной мысли. Меня как ударило! Ведь мы никогда не оговаривали, что следует понимать под словами «в ближайшее время»! Сколько я могу ждать еще смерти этого старика? Месяц? Полмесяца? Неделю? Одна неделя ведь уже прошла! Я не спал всю ночь и утром побежал в парк, где старик совершал свои утренние «пробежки». Он был там, здоров и невредим! Все получилось как-то само-собой. Любой медик знает точку под лопаткой куда надо вонзить длинную иглу, чтобы остановилось сердце. Окружающие просто подумали, что у дедушки сердечный приступ. Суета, беготня, вызов скорой помощи, я смылся тихо и незаметно. Это оказалось настолько просто, что я даже удивился, как это банковская группа до сих пор не наняла киллера, чтобы убрать старика. Потом я понял, что сделал глупость. Я ведь даже не знал того парня, что давал мне деньги. Как я могу быть уверен, что он явится и отдаст пятьдесят тысяч? Одно дело тысяча евро, а другое – пятьдесят! Но он пришел, более того он уже сидел в кафе и явно ждал меня. Я подсел к нему за столик. Он достал конверт, который был на этот раз приятно-толстым. — Вот, держите, — сказал он, — и больше мы с вами не будем здесь встречаться. — Но как же так… – пробормотал я, — я думал… — Вы не так поняли, — впервые за все время улыбнулся он. – Разумеется, мы продолжим сотрудничество. Но в вашей новой работе конспирация должна стоять на первом месте. #паста #lm

Теги других блогов: рассказ деньги предложение